С каким природным явлением у всех россиян ассоциируется наш прекрасный, местами даже очень южный и солнечный город? Да, с дождем. Как Питер немыслим без дождя, так и музыкальная составляющая нашего города немыслима без «Человека Дождя» - без Кирилла Рейна. Поэт, музыкант, журналист, пиарщик, пресс-атташе, арт-директор… Жизнь Рейна – это постоянная творческая круговерть. Несколько лет Кирилл занимает пост арт-директора одного из вечных и легендарных клубов Питера – Fish Fabrique. «Фишка» всегда была именно «фишкой» нашего города: выступление разностилистических групп, настольный футбол, вкусный бар – здесь всегда было все для настоящего угара. Сейчас «Фишка» выросла в Fish Fabrique Nouvelle.

Rain`s Fabrique

Трудно назвать это место просто клубом, это, скорее, культурный центр, где можно и музыку послушать, и пообщаться, и посмотреть фильмы, и выпить-закусить. За разнообразие культурно-музыкальной программы заведения отвечает именно Рейн.

 - Кира, ты был арт-директором огромного количества клубов… Когда и что завлекло тебя в пучину администрирования и арт-директорствования музыкальными заведениями?

- Я никогда не был арт-директором огромного количества клубов – эту позицию я освоил будущи приглашенным в Fish Fabrique Nouvelle. Во всех остальных – «Платформа», The Place, «Сочи», «Сохо», «Майне» и «Танцах» - я работал скорее в ранге PR-директора и пресс-атташе, несмотря на то, что это две разные работы. Хотя, нет, вру, - был в The Place момент, когда он был обезглавлен уходом с поста арт-директора Дениса Рубина, которого я, несмотря ни на что, считаю своим, в арт-смысле, учителем, и некоторое время, к счастью, недолго, мне пришлось волочить клуб за двоих. А, как ты выражаешься, в пучину эту адову меня с детства завлекло. В одном из первых петербургских андеграундных клубов Wild Side я вообще чуть ли не жил. Со всеми втекающими и вытекающими последствиями.

 - Поскольку я музыкант, я постоянно сталкиваюсь с такой странной тенденцией: арт-директора меняются с удивительной быстротой. Очень приятно, что ты остаешься этакой «константой» «Фишки». Как ты считаешь, с чем связана такая текучка кадров? И почему ты отличаешься постоянством?

- Ну, мне трудно за всех судить. Везде, полагаю, причины разные – недальновидность работодателей, непрофессионализм исполнителей, финансовый вопрос, и так далее, и тому подобное. Кроме того, на подобной работе ты постоянно искушаем всякого рода соблазнами, перед некоторыми из которых устоять довольно сложно. С Fish Fabrique все как-то совпало. Это скорее, не бизнес, а семья, втереться в которую сложно – мы уже не усыновляем никого, но мне повезло обрести новых родителей. И потом, постоянство – прекрасная вещь, да?

 - Кира, что вообще входит в обязанности среднестатистического арт-директора? Чем конкретно ты занимаешься?

- Я про среднестатистического не знаю ничего. Конкретно я занимаюсь программой клуба: составляю репертуар, по мере сил и средств (вплоть до их отсутствия) стараюсь делать его насыщенным и разнообразным, открывать новые имена, придумывать события и поводы – то есть нечто вроде небольшой музыкально-культурной образовательной программы на месяц. Ну, и потом, поскольку совмещаю все это дело с функциями PR и press, пытаюсь донести ее до интересующихся, коих, по моим расчетам, в городе осталось совсем чуть-чуть. И, вот, скажу, Таня, только тебе: «зафигачивать» в полном объеме порядка 20 концертов в месяц – мука иногда невыносимая. При этом еще приходиться думать, где деньги взять на полноценную жизнь – поэтому мысль о дополнительном заработке витает в моей голове постоянно. Иногда случаются фестивали «Мультивидение» или Astral, где я тоже имею место состоять, иногда небо подкинет работу на Dead Can Dance, но, в  целом, большая часть лучших  помыслов выпадает на клуб. Пока держусь, не знаю, на сколько меня хватит. Годы-то уже не те. Сумею ли добежать до канадской границы?

 - Музыканты сейчас убеждены в том, что арт-директора демо не слушают, поэтому диски им  приносить и оставлять бесполезно. Ты слушаешь демо? И, вообще, какую музыку ты слушаешь?

- Да-да, помню, в «Платформе» коробки из-под обуви с демозаписями очень меня смешили. Так их никто и не послушал, по-моему. Мне, кстати, не приносят много демонстрационок почему-то, а если поступают предложения о концерте, обычно мне хватает послушать несколько вещей в сетях, чтобы оценить потенциал.

Теперь скажу тебе страшную вещь: я уже ненавижу музыку. Как отлично сказал однажды Рубин: «Музыки много, откровенности мало!» - уж не знаю, где он подрезал это крылатое выражение. Ну, так вот: за последние годы откровенностей по пальцам пересчитать… Я, например, люблю безумно всю эту екатеринбургскую банду, которая у нас играла: «Курара», «Обе Две», «Сансара», «Айфо», Amore Entrave, etc. Это что-то! Такое ощущение, что Бажов продолжает сказки писать, а Уральский хребет неясный свет излучает. Вообще, музыкальных пристрастий у меня не так много, как это может со стороны показаться. Вот, последний альбом «Полюсов» стал для меня настоящим откровением. А если что-то стоящее новое появиться, будь уверена – я об этом тотчас узнаю и без демо.

 - Ты, наверняка, посещал музыкальные заведения других городов… Скажи, есть у Питера какая-то своя клубная тенденция? В чем ее плюсы и минусы?

- Будущее туманно. Большим клубам, особенно с дотациями их владельцев, которые, как правило, не связаны с этим бизнесом, приходиться легче. Недурно идут дела в местах, где сосредотачиваются пороки всевозможные – ты понимаешь, о чем я, да? В нынешних условиях небольшим, хоть и с именем, андеграундным клубам выжить крайне тяжело. Привет братишке «Цоколю»! Но, в этом, наверное, и есть вся прелесть их существования. Главным минусом я бы назвал отсутствие у большинства народонаселение культурной столицы вкуса к Музыке с большой буквы. А у тех, у кого он присутствует, как правило, ощущается недостаток средств. Плюсы – остались еще люди, несущие здесь образовательный теплый свет, несмотря на их большое сокращение. Ну, как по Бродскому:

Мы учебник прочтем вопреки заглавью.

То, что нам присниться, и станет явью.

Мы полюбим всех, и в ответ – они нас.

Это самое лучшее: плюс на минус.

 

- У тебя нет такого ощущения, что народ сейчас с большей охотой просиживает штаны на стуле за компом, общаясь в социальных Сетях, чем прожигает жизнь в клубах? В общем, извечные русские вопросы по поводу этой ситуации: кто виноват, и что делать?

- Конечно, есть! Жопа растет от этого! Я и сам этому подвластен – правда, тут штука в том, что мне приходится в соцсетях работать. Однако случается и обратное: единственное, что жизнь уже прожжена, и, ну, насколько позволяет возраст, путешествуя иногда по ночным заведениям, а их, порой, до пяти-семи доходит, я, скорее, занимаюсь уже самосожжением. Да никто тут ни в чем не виноват, кроме нас с вами. Что делать? Делать свое дело хорошо, чтобы не было мучительно больно потом. Опять же, процитирую любимого Жозефа:

Почему все так вышло? И будет ложью

на характер свалить или Волю Божью.

Разве должно было быть иначе?

Мы платим за всех, и не нужно сдачи.

 

Беседовала Татьяна Яценко

"Петербургский музыкант" (октябрь, 2012)

 

Разработано ООО "Дартс-СПБ"